На кладбище с приключениями

Неугомонная Танька в предвидении жары и прочих жизненных затруднений норовит при любой возможности куда-нибудь смотаться на экскурсию, тем более, что в стойле ее ждет наша новая Хёндэ – почти что девушка, и ее надо распробовать.

На этот раз в программе посещение национального парка Бейт Шеарим – национальный некрополь – и совсем невдалеке от нас. Зазвав в компанию наших приятелей из Нагарии и подавив мое сопротивление (молчаливое), Танька набила сумку-холодильник сухпайком, и мы двинули…

До железнодорожной станции Кирьят-Моцкин мы, как легко догадаться, домчались мгновенно и без всяких проблем, где и встретили нагарийских компаньонов, а вот тут на первых же метрах дороги к цели оказалось, что мы опять едем из аэропорта королевы Алии, что в Аммане, и представления о том, куда рулить, у нас нету никакого. Мы немножко поцапались из-за того, что не учли военной грозы и ее последствий для навигации, а потом…

Как в древние времена по карте и интуиции, мы выбрались из Крайот и стали лихорадочно искать среди указателей на дороге упоминания Назарета, который по карте, вроде бы, располагался невдалеке от цели. В какой-то момент город Христа мелькнул на щите, мы вцепились в указание и дальше пошли вылавливать наводки на цель, пока не уткнулись в Тивон. Тут мы остановились, совершенно не понимая, куда двигаться дальше, однако именно в этот момент одумался навигатор и довел нас до нацпарка оставшиеся пару километров. Я публично отдал должное мастерству и выдержке жены, которая привезла нас к цели несмотря на военную грозу, неопределенность ситуации, и непривычный новый автомобиль.

Предусмотрительно оплаченный абонемент на посещение нацпарков обеспечил нам беспрепятственный въезд на территорию, где мы припарковались на обширной стоянке в тени деревьев. И первым номером нашей культурной программы стали чашечки кофе в местной забегаловке.

А вторым – движение вдоль достопримечательностей этого своеобразного места. Некрополь – это, если кто не знает, кладбище, а Бейт Шеарим – кладбище привилегированное, с большими понтами, ну, как Новодевичье. Определяется это по арифметическому признаку – количеству каменных саркофагов, которые недешевы и всякой древнееврейской шелупони были недоступны. А количество их здесь таково, что заставляет предположить, будто это было сильно привилегированное местечко, вроде Рублевки, либо жмуров сюда свозили со всей поверхности «от реки до моря».

Я вообще не большой любитель кладбищ, как-то они не навевают мне радостного мировосприятия, но напоминают о том, о чем я и так помню без всяких напоминаний. К тому же европейская христианская культура еще и приучила к невероятно пышным и навороченным захоронениям, которые недвусмысленно указывают на то, что цель жизни – в том, чтобы умереть. А соседственный Египет вообще отличился этими своими мегаломанскими надмогильными холмиками по 100 метров в высоту. Но, раз уж жена сюда притащила – надо наслаждаться…

Комплекс Бейт-Шеарим представляет собой целую сеть пещер, прорытых в мягких породах, вроде доломита или известняка, и уставленных упомянутыми саркофагами. Пещеры разветвляются и немножко пугают возможностью в них заблудиться. Саркофаги, по большей части, просто каменные ящики, но некоторым повезло с хозяевами, и эти контейнеры украшены резьбой, самый заметный ящик - с орлом и бычьей головой на торце и с барельефами по бокам – где львы рвут быка. Смысл аллегории непонятен, но мастерства потрачено немало. Хотя... если учесть, что город, занимающий гору выше пещер, и сам некрополь развивались в I - III вв. н.э., когда греческое и римское искусство уже достигло своего апогея, а глава еврейской администрации - Синедриона - рав Иегуда Ха-Насси был ярым поклонником римской культуры, то украшения саркофагов, там, где они присутствуют, выглядят по сравнению со столичными образцами как-то неуклюже...  Чувствуется провинциальность...

Трогательная деталь, повторяющаяся с каждым саркофагом в каждой пещере - угол в изголовье саркофага пробит с целью ограбления. Чтобы не тратить лишних сил, древнееврейский криминалитет ограничивался дырой, через которую можно было содрать с покойника все ценное, концентрирующееся в верхней части организма. Ясно, что бога и смерти бандюки нисколько не боялись, а доход был надежен и оправдывал расходы по взлому, иначе этот промысел не приобрел бы такой неукоснительности.

Помимо пещер с покойниками гора утыкана мириадами мелких дырочек, которые мы атрибутировали как гнезда каких-то совсем мелких еврейских птичек, вроде ласточек. Приятель наш засомневался, что птичке это под силу, а, когда я сказал, что такое можно понаделать и пальцем, сардонически засмеялся. Ну, я и ткнул пальцем в эту «скалу», а оттуда посыпался порошок… Правда, сейчас ничто живое, кроме людей, это страну смерти не тревожит, и, на удивление, ни одной птички мы там не приметили.

Наш путь по царству мертвых привел-таки нас к захоронению иудаистского авторитета – рава Иегуды Ха-Насси, автора окончательной редакции Мишны, которое отличалось от прочих тем, что оно двухспальное – для рава и его жены – и крышка полностью отсутствует. Подозреваю, что такое строение могилы затруднило доступ к ценностям на ДВУХ телах, и крышку сшибли вообще нафиг… Еще одна отличительная черта: на нем нет никаких надписей! Потому что и так ясно - это ОН!

Нагулявшись по всем этим горкам, мы отправились в зону отдыха, оборудованную столами и скамьями – перекусить и расслабиться. И тут завыли разом телефоны у всех четверых – Цева Адом объявила тревогу и в Нагарии, откуда наши приятели, и в Крайоте. Пару секунд спустя зашкворчал Танин телефон - и наша дочь из Дублина, строгим взглядом охватив картину на своем экране, вопросила: - А почему вы не в маммаде?!!! На что мы ей бодро ответили, что нам это ни к чему – мы уже на кладбище…

Обратная дорога, к удивлению, прошла почти до самого конца под сопровождением навигатора, который запсиховал уже только непосредственно на подходе к Нагарии.